Включенное (участвующее) наблюдение осуществляется, когда исследователь в определенной степени входит в интересующую его человеческую общность, играет в ней определенную роль, завоевывает доверие партнеров и, не привлекая к себе особого внимания, наблюдает за происходящим. 

В процессе включенного наблюдения используются различные методики, которые можно условно разделить на три группы: социологические, психологические и педагогические. 

К социологическим методикам, применяемым в процессе включенного наблюдения, можно отнести в первую очередь анкетный опрос. Он позволяет сделать одномоментный срез по определенному интересующему исследователя вопросу. 

Специфика включенного наблюдения, в рамках которого применяется анкетирование, такова, что желательны краткость анкет и использование в них, как правило, открытых вопросов. Дело в том, что включенным наблюдением изучаются обычно небольшие совокупности детей, подростков, юношей, девушек и поэтому анкетирование не даст репрезентативных количественных данных, а качественный анализ ответов на открытые вопросы может предоставить исследователю интересный материал. 

Кроме того, к социологическим методикам относится и интервью. В процессе включенного наблюдения вряд ли разумно применять стандартизированный его вариант. Скорее оправдано использование свободного интервью без строгой детализации вопросов, но по общей программе. 

К психологическим методикам относятся, во-первых, социометрические срезы различного характера и целевого назначения, определяемые в каждом конкретном случае нуждами того или иного этапа исследования. Во-вторых, интересный материал может дать и ранжирование личностных качеств, настроений группы и др. по различным критериям. Однако использовать оба эти метода надо довольно осторожно. Целесообразно и применение тестовых методик. Но, по-видимому, полезнее, чтобы тестирование проводил не сам наблюдатель, а посторонний человек. 

Группа педагогических методик, применяемых во включенном наблюдении, наиболее многочисленна. Это беседы, в отличие от интервью, проводимые без строгого плана, а порой даже без определенной цели. Однако именно поэтому беседы могут дать важную и иногда даже совершенно неожиданную информацию. 

Немалое значение приобретают и независимые характеристики ребят, собранные по определенной схеме от различных людей, знающих подростков как в школе, так и вне ее. Причем включенный наблюдатель имеет возможность, в отличие от наблюдателя со стороны, получить эти характеристики во время обсуждения отдельных ребят на педагогических советах, на совещаниях и семинарах учителей, в беседах с ними. 

Независимые характеристики важны потому, что они освещают поведение одного и того же ребенка в различных ролях и позициях, что помогает исследователю разносторонне изучить его. 

Включенное наблюдение позволяет наиболее успешно задействовать метод естественных ситуаций, применить естественный эксперимент. Сама сущность последнего как нельзя более органично соответствует условиям включенного наблюдения8. Кому, как не включенному наблюдателю, наиболее удобно так изменять те или иные условия действия изучаемого ребенка, чтобы рассчитывать вызвать его заранее предполагаемую реакцию? Это возможно, когда у исследователя устанавливаются с ребятами отношения взаимного доверия. 

В результате появляется возможность для доверительного общения с детьми, ибо у ребят, в одном возрасте меньше, в другом — больше, есть настоятельная потребность в старшем или взрослом конфиденте и в общении с ним. 

В таком случае исследователь получает возможность изучать в той или иной мере скрытые от внешнего наблюдения процессы, происходящие в детской среде. Он может в какой-то степени привлечь самих ребят к решению стоящих перед ним задач: в беседах с ними вместе анализировать различные события их жизни, выяснять их точки зрения на происходящее, их оценки окружающих. Говоря о методе включенного наблюдения, важно подчеркнуть, что результаты применения частных методик не только и не столько дают исследователю ответы на определенные вопросы, сколько ставят перед ним вопросы, ответы на которые он может получить, продолжая исследование методом включенного наблюдения, а также в процессе массовых опросов респондентов, не охваченных включенным наблюдением. 

Метод включенного наблюдения приемлем и тогда, когда речь идет о выяснении механизмов, лежащих в основе тех или иных социально-психологических и социально-педагогических явлений. Изучение механизмов действия какого-либо процесса или явления не требует репрезентативных данных. Вполне достаточно выяснить их действие в довольно типичных условиях на малом числе респондентов/информантов/конфидантов. Но проследить их функционирование можно лишь максимально глубоко проникая в сущность явления, выясняя скрытые от поверхностного наблюдения процессы, происходящие в общности детей, подростков, юношей, девушек. 

Включенное наблюдение эффективно и тогда, когда необходимо исследовать какое-либо явление в его развитии. Изучая ту или иную общность детей, исследователь может уловить причинно-следственные связи явлений и происходящих в ней процессов. Он в состоянии попытаться проследить их зарождение, возникновение и развитие. Более того, с той или иной степенью достоверности он может прогнозировать дальнейшее их развитие. Это, безусловно, крайне важно. 

Включенное наблюдение может сыграть в подобном случае двоякую роль. С одной стороны, в результате его применения исследователь накапливает определенные данные, которые требуют проверки на большой совокупности. В этом случае программа массового опроса, разработка анкеты будут исходить из более или менее четких предпосылок, выведенных на основании более или менее реального знания того или иного явления. 

С другой стороны, включенное наблюдение в сочетании с массовым обследованием позволит дать качественную характеристику полученных количественных данных, повысит обоснованность их интерпретации.

Однако у включенного наблюдения есть специфические особенности, которые нельзя не учитывать при использовании этого метода и при интерпретации полученных с его помощью данных. Всякий наблюдатель, воспринимая наблюдаемое, отражает его, безусловно, субъективно. Причем, как показали эксперименты, эта субъективность гораздо более значительна, чем можно было бы ожидать. Чем это вызвано? Наблюдение — это отбор впечатлений. Он обусловлен особенностями не только ситуации наблюдения, но и личности наблюдателя. Селективность восприятия сугубо индивидуальна. Причем в ней трудно отграничить «намеренность» и «непроизвольность». 

Кроме того, результаты наблюдения зависят от того, к какому типу людей по объему внимания относится наблюдатель — распределительному или концентрированному. Естественно, что в ситуации включенного наблюдения в более выгодных условиях оказывается человек с распределительным типом внимания. 

Не менее важное значение приобретают социальные факторы. Дело в том, что человек сознательно или неосознанно прикладывает к тому, что он наблюдает, те нормативные суждения, которые он воспринял в процессе своего социального развития. А это может привести к тому, что новые для наблюдателя явления получат традиционное толкование в свете имеющихся у него норм и представлений. 

Кроме того, нацеленность наблюдателя на поиски ответа на определенный вопрос создает у него установку, благоприятную для того, чтобы не упустить значимый факт. Но эта же установка может привести к предвзятости и заставить наблюдателя интерпретировать виденное в духе его ожиданий. Но свидетельствует ли это о невозможности достижения относительной достоверности знания, полученного включенным наблюдением? Очевидно, нет. 

Дело в том, что объективность наблюдения зависит не только от тех факторов, о которых шла речь выше. Большое значение приобретает также опыт наблюдателя, причем опыт в трех аспектах: жизненный опыт вообще, опыт наблюдателя-исследователя и опыт общения с объектом наблюдения. Опыт общения с другими людьми, его богатство и степень систематизации определяют его способность воспринимать и оценивать наблюдаемые факты в различной степени их соответствия действительности. 

С другой стороны, исследовательская деятельность обогащает человека опытом анализа и обобщения тех фактов и людей, с которыми он сталкивается. Это увеличивает его способность определять состояние наблюдаемого явления и судить об изучаемых личностях. 

Все сказанное ранее должно лишь сдерживать нас от фетишизации метода и заставлять трезво подходить к оценке его возможностей. Кстати, заметим, что и в социологии полное «вхождение» в среду отнюдь не обязательное условие применения метода включенного наблюдения. Так, если Н. Андерсон, исследуя жизнь американских бродяг, сам некоторое время бродяжничал, то такой классик включенного наблюдения, как У. Уайт, проводил свое исследование в квартале, населенном этническими меньшинствами, что само по себе предопределяло невозможность полного вхождения в их среду. 

Широко известное исследование юношей методом включенного наблюдения (что не ставится под сомнение), проведенное в Англии под руководством М. Морзе, также не обеспечивало полного вхождения в юношескую среду, ибо исследователи выступали в ролях учителей, стюардов в зале танцев, тренеров по плаванию, официантов в молодежном кафе. 

Однако позиция включенного наблюдателя имеет и негативные стороны. В первую очередь надо отметить, что любой акт наблюдения оказывает определенное воздействие на наблюдаемую ситуацию. Это относится не только к тем случаям, когда объект знает о ведущемся за ним наблюдением. Уже само присутствие наблюдателя в какой-то степени изменяет ситуацию, особенно если речь идет об отрицательных с точки зрения общепринятых стандартов и норм фактах. Этого нельзя не учитывать. Поэтому необходима определенная коррекция данных наблюдения конкретной ситуации другими данными о наблюдаемом объекте. 

Другая опасность позиции включенного наблюдателя состоит в следующем: взрослым исследователям начинает казаться, будто они настолько вошли в детскую среду, что им в ней все понятно и от них не существует никаких тайн у воспитанников, которых они наблюдают. Нет нужды подробно говорить, к каким отрицательным последствиям это приводит в исследовательской работе. 

Порождаемые таким убеждением иллюзии и самообман лишают взрослых возможности действительно понять детей и сделать на этой основе более или менее адекватные выводы. На самом деле наиболее эффективным участвующим включенным наблюдателем может стать «старший», т. е. исследователь, разница в возрасте которого и наблюдаемых относительно невелика (из моего опыта — 10—12 лет). Поэтому так важно вовлекать в изучение социальной психологии воспитания студентов (и не обязательно психологов и педагогов), имеющих интерес к работе с младшими. Естественно, дав им хотя бы минимальную социально-психологическую и методическую подготовку.