Лет 10 живой практики с детьми прежде, чем стать монтессори-тренером

Дмитрий Островский

Автор этого текста – монтессори-педагог из Израиля Дмитрий Островский. 16 лет назад он вместе с коллегами открыл в Израиле первую Монтессори-школу «Дерех ха-Йелед» — путь ребёнка. После трех лет работы Дмитрий отправился в Европу снова учиться монтессори-педагогике. Теперь - на AMI-тренинг. Во время обучения — постоянная практика: руками, в презентациях, в работе друг с другом. Наблюдения в реальных классах. Часы практикума с живыми детьми. А после обучения - 6–7 лет минимум самостоятельной практики, прежде чем стать тренером. И в этом был глубокий смысл. Потому что тогда ты говоришь не из теории, а из жизни. Из тысяч живых ситуаций, которые становятся лучшими иллюстрациями самых тонких принципов. Это невозможно подделать.

Видеть в практике

В практике легко потерять одно важное качество — видеть. Когда много делаешь, можно начать действовать по инерции. Но есть другое состояние. Когда ты продолжаешь делать — и при этом остаёшься в наблюдении. Смотришь на детей. На среду. На маленькие изменения, которые не бросаются в глаза. И иногда именно там происходит самое важное. За последние дни это стало особенно заметно.

Есть мальчик, Дени. Обычно он держится в стороне. Сидит за своим столом, в наушниках, рядом с сопровождающим. На общих встречах почти не присутствует. И вдруг постепенно он начинает приближаться. Сначала просто быть рядом. Потом снимает наушники. Остаётся на встрече. Поднимает руку. Говорит. Кажется, что для него это маленькие шаги. Но для класса — это событие. Дети впервые слышат его голос. И на мгновение всё замирает. Он начинает подходить ближе. Идёт в центр. Обнимается. Его принимают. Я заметил, что его тянет к музыке. При его чувствительности к звукам — это выглядит особенно тонко.

И ещё одно наблюдение

Девочка, очень уверенная в слове. Читает, пишет, выражает себя свободно. Но в математике — неуверенность. И рядом с более сильными детьми она быстро закрывается. Когда это повторилось, я стал смотреть внимательнее. И попробовал немного изменить подход. Начал приглашать её чуть раньше. До общей презентации. Небольшое время один на один. Чтобы она успела почувствовать опору. И только потом — остальные. Это небольшое изменение сильно повлияло. Таких «замираний» стало меньше.

Похоже, что многое в работе рождается именно из этого — из способности замечать. Не сразу менять. Сначала увидеть. И иногда достаточно совсем небольшого сдвига, который становится возможен только потому, что ты мы это увидели.

Мой адрес во Вселенной

В Монтессори есть презентация «Мой адрес во Вселенной». Ребёнок постепенно выстраивает своё местоположение: Земля, континент, страна, город, улица, дом. С одной стороны, это география. С другой — это работа с пониманием своего места.

Адрес — это не только указание, где я нахожусь. Адрес — это всегда и указание, где меня нет. Если я говорю: «Натания», это означает, что я не в других городах. Если я говорю «улица Усишкин», это означает, что я не на других улицах. Если я говорю «дом 41», это означает, что это не другие дома. Если «квартира 14», значит это не другие квартиры. Каждый уровень адреса одновременно уточняет и ограничивает. Он сужает пространство до конкретной точки. Можно сказать, что адрес — это способ собрать бесконечность в одну точку присутствия. И важно, что эти уровни появляются только там, где есть различие.

Мы не указываем «Земля» в адресе, потому что у нас нет альтернативы. Если бы мы жили на нескольких планетах, «Земля» стала бы частью адреса. Если бы жили в разных системах — появился бы следующий уровень. Адрес всегда зависит от контекста и от наличия выбора. В какой-то момент я увидел, что имя работает так же.

«Дмитрий Островский» — это тоже адрес. Это способ, по которому меня можно найти: в отношениях, в опыте, в памяти других людей. Имя так же выделяет и ограничивает. Оно указывает на конкретную форму, через которую я сейчас проявляюсь. И так же, как физический адрес, оно временно. Дом может исчезнуть. Город может измениться. Страна может перестать существовать в том виде, в котором она есть сейчас. Точно так же и имя — это не постоянная сущность, а форма. Получается, что и адрес, и имя — это временные точки, через которые происходит присутствие. Это даёт другое ощущение. Больше благодарности и меньше попытки зафиксироваться.

Есть понимание, что это место — на время. И это имя — тоже на время. И тогда вопрос смещается. Не только «где я нахожусь», а «что именно сейчас проявляется через этот адрес».

#наблюдение #научная педагогика #школа